За городом, и особенно в коттеджных поселках, селятся в основном люди семейные.

Но бывают исключения.

Таким исключением был Виталий, выбравший для себя дом в коттеджном поселке в Гатчинском районе. Жил он в доме вдвоем с собакой — таксой среднего возраста.

Виталий был подполковник в отставке, спортивный, подтянутый, умеющий отлично организовать и свой быт, и небольшой бизнес. Любил камуфляжную одежду, коллекционировал арбалеты и войсковые ножи. Кроме дома, у него на участке был погреб, по сути — убежище с толстыми каменными стенами, где и бомбежку можно пересидеть, если что. В общем, по-военному осторожный и предусмотрительный человек был Виталий.

Как-то в мае стало Виталию казаться, что по ночам он слышит подозрительные звуки — мерные и монотонные сигналы. Он обеспокоился — и твердо решил выяснить причину. Несколько раз обходил поселок, но источник звуков не нашел. Потом они вроде бы прекратились. Зато стала беспокоиться собака. Тут уж Виталий начал осторожно и методично наводить справки, не заметил ли кто-нибудь чего-нибудь подозрительного в округе. Возможностей для расспросов было не так много: на майские праздники многие соседи уехали за границу, дома стояли пустые. Но на одном из «новых» участков, в только застраиваемой части коттеджного поселка, он застал девушку с ярко-рыжими кудрями, которую явно обеспокоили его расспросы. Девушка была очень странно одета для загородного досуга и тем более работы на участке: узкое длинное приталенное пальто, сапоги на высоченной шпильке. В доме, похоже, заканчивалось обустройство: у ворот были сложены упаковки от бытовой техники. Перед домом неестественно ярко зеленел газон.

Виталий, однажды решив, что дело нечисто, был решительно настроен выяснить причину нервозности своего пса и рыжей девушки на шпильках.

Назавтра он, словно бы гуляя с собакой, снова наведался на подозрительный участок, хотя пес туда явно идти не хотел. Девушки видно не было, пришлось звонить в дом — никто не отозвался, хотя голоса были слышны. Снова подозрительно. Виталий открыл калитку и вошел на участок. За домом он застал девушку на тех же каблуках и южной внешности молодого человека в комбинезоне, который заливал какую-то жидкость в кротовью нору, вырытую прямо на ярко-зеленом газоне.

Рытвин, которые оставляют кроты на всех выходах из своих подземных коридоров, виднелось вокруг немало — как и проплешин на месте убранных куч.

Девушка чуть не плакала.

— Да что вы так расстраиваетесь,  попытался ее утешить Виталий. — Подумаешь, кроты газон перерыли!

— Хозяева возвращаются через три дня, я их с таким трудом уговорила заказать рулонный газон, они считали — это слишком дорого, а тут эти кроты. Я уже все отпугиватели перепробовала, и обычные, и ультразвуковые, а этим кротам все нипочем, каждый день — новые норы. Этой мой первый самостоятельный проект! — выложила все проблемы девушка, оказавшаяся начинающим ландшафтным дизайнером.

Виталий знал, как помочь беде, только сперва надо было отключить ультразвук, который нервировали собаку. Рекогносцировка местности показала, что по прямой до дома Виталия от отпугивателей было совсем близко, вот объяснение и звукам, и реакции пса.

Виталий о кротах знал немного, разве  что сказку о Дюймовочке и про ночной образ кротовьей жизни. Но он был уверен, что таксик их с удовольствием переловит, если ему не мешать. В общем, несколько вечеров до самой ночи они сидели с девушкой на участке, одевшись потеплее, пили за разговорами приготовленный Виталием на открытом огне глинтвейн, а таксик охотился и в итоге притащил им трех кротов. И новых куч земли на газоне больше не было.

До сих пор от попыток соседей (главным образом — соседок) познакомить его с «прекрасной женщиной» Виталий умело уклонялся, дорожа налаженной по своему усмотрению жизнью. А тут рыжие кудри, подсвеченные огнем мангала, и пылкая благодарность юного дизайнера за спасение газона сразили Виталия наповал. Скоро он у себя на участке учил девушку стрелять из арбалета. Впереди было метание ножей. А дальше он что-нибудь придумает.