Загородная
недвижимость
и все о ней
Выбор сделать
легко!
Коттеджные поселки Загородные дома Квартиры за городом
Пресс-релизы, новости Реклама на портале, в журнале

Интервью

Полина Осетинская: Это был дом с чеховской атмосферой…

Знаменитая пианистка о любви к дачной жизни, о впечатлениях от чеховской атмосферы стародачного подмосковного поселка Снегири, о литературных предпочтених и о месте Петербурга в концертных планах на сезон.

— Вам больше нравится жить в городе или за его пределами?

— Я всегда была городским существом, и когда в тридцать лет стала постоянно жить за городом, что было связано с изменениями в моей частной жизни, для меня это было равнозначно отшельничеству. Но я довольно быстро вошла во вкус. Мы снимали дом у замечательной журналистки, главного редактора журнала «Мезонин» Натальи Барбье и ее тогдашнего мужа неподалеку от Иерусалимского монастыря. Дом этот был так любовно обустроен, с таким пониманием загородного жилья и его функций, не говоря уже о полном совпадении наших вкусов в том, что касается дизайна и стиля… В общем, я очень скоро стала получать удовольствие от загородной жизни. И когда был выбор — садиться в машину и ехать по подмосковным пробкам куда-то или оставаться за городом, чтобы наслаждаться видами и свежим воздухом, я всегда предпочитала второе. Потом мы снимали дом в поселке Снегири у потомков одного известного военного, маршала Советского Союза, который сильно отличился во время Великой отечественной. Дом совершенно фантастический, сочетал в себе какую-то чеховскую атмосферу и стародачное послевоенное ощущение, которого в Подмосковье практически не осталось. Для меня этот деревянный дом, наполненный живыми предметами старины, был абсолютным воплощением счастья. Три года жизни у Наташи Барбье и четыре в усадьбе маршала вылепили из меня другого человека, лишенного городской суеты, ценящего тишину, природу. Каждое утро, просыпаясь, я благодарила Бога, что существует такая красота и возможность жить вот так… Но вскоре новорусский миллионер, живший по соседству, сделал хозяевам предложение, от которого те не смогли отказаться, и всю эту красоту снесли, чтобы отгрохать бессмысленное трех- или пятиэтажное здание.
Конечно, больно, когда не ценят старину и историю и строят дикий новый мир без корней. В этом отношении я настоящая Раневская. После истории с вырубкой «вишневого сада» и очередным Лопахиным, который жил по соседству, мне пришлось вернуться в город, что далось не очень легко. Конечно, в городской жизни есть свои преимущества, но и в городе я ищу такие места, где можно спрятаться, укрыться, как в тех загородных домах, где жила семь лет. После того как я пожила в городе, лишенная возможности просыпаться под соловьиные трели, я стала думать о даче — но уже собственной.

— В течение этих лет у вас на даче был рояль?

— Конечно. Когда мы жили у Наташи, я специально купила рояль-миньон, потому что никакой другой не поместился бы на втором этаже, где я могла заниматься. И этот инструмент со мною путешествовал. На маршальской даче были уже два рояля. Один из них был мой, а другой — старинный немецкий, в свое время привезенный маршалом из Германии. Но это был скорее предмет интерьера, я на нем не играла: инструмент требовал реставрации, на нее у меня не было полномочий.

— Вы всегда много занимались и концертировали. Бывает ли у вас эмоциональная усталость от музыки?

— У меня бывает эмоциональная усталость от жизни, а от музыки нет. Но, конечно, страх сцены, зажим рук, паника от того, что боишься забыть текст произведения, переигранные руки, плохая координация тела мне тоже знакомы, как и всем концертирующим артистам. И поэтому мы с коллегами не так давно создали Центр поддержки профессионального здоровья музыкантов. Там проводится много индивидуальных занятий, несколько раз в год мы устраиваем групповые семинары и тренинги. И видим, что есть отдача. Результаты такой работы видны сразу. Только что центр открыл новый сезон. На днях у нас прошел мастер-класс немецкой пианистки Генриетты Гартнер, которая начинает свои занятия не с того, что и как ты играешь, а с того, как ты сидишь, как распределяешь нагрузку... Это базовые вещи, с которых я тоже начинаю все занятия. Нужно дать своему телу функционировать наиболее эргономично, иначе профессия не сможет тебе служить и начнутся проблемы, в том числе психоэмоциональные. Всех специалистов центра, которых мы приглашаем, я сначала тестирую на себе, смотрю, какую пользу они могут принести моим коллегам-музыкантам.

— Вы всегда много читали. Продолжается ли ваш роман с литературой?

— Я недавно честно прочла книгу Джулиана Барнса о Дмитрии Шостаковиче «Шум времени», надо сказать, она меня не восхитила. Сейчас так же не без усилий дочитываю роман «Последний самурай» Хелен Девитт. Книгу эту мне вручил мой друг Леонид Десятников со словами: «Читай, это великий роман». Но пока я не могу разделить его мнение, поскольку основная интенция автора — похвалиться своей небывалой образованностью. Слава Богу, есть книги моей любимой Сью Таунсенд, и другие замечательные книги, которые я в последнее время освежила, например «Ярмарку тщеславия» Уильяма Теккерея. Вынуждена признать, что чтение мое по большей части переместилось в Интернет, который поглощает очень много времени, поскольку и деловая переписка, и частная перенеслись в соцсети. И я уже не читаю литературу в том темпе и в том объеме, как когда-то. Я знаю, что для многих присутствие в соцсетях стало настоящей зависимостью, с которой пока непонятно как бороться. Когда-то такую зависимость испытывали от телевидения. Я помню, какое облегчение я испытала, когда у меня сломался телевизор: это были несколько дней счастья. Сегодня я включаю телевизор крайне редко, смотрю только фигурное катание, передачи телеканала «Культура» и мультфильмы вместе с детьми.

— Где петербуржцы могут вас увидеть и услышать в этом сезоне?

— Второго ноября в Большом зале Филармонии большая монографическая программа, посвященная Рахманинову. Поскольку я играю ее один раз в сезон, это в некоторой степени музейный экспонат. 8 ноября в Театральном музее состоится концерт памяти моего педагога Марии Вениаминовны Вольф, которой бы исполнилось в этом году 90 лет. 26 ноября в Филармонии в рамках программы «Париж, я люблю тебя» с Академическим оркестром Филармонии под руководством Александра Сергеевича Дмитриева мы играем Второй концерт Сен-Санса. Зимой в Малом зале Филармонии будет спектакль «Неизвестный друг», в нем заняты мы с Ксенией Раппопорт. 7 февраля — фортепианный вечер в концертном зале Мариинского театра.
А сезон я открываю 1 октября, это будет вечер памяти Владислава Успенского, который устраивает Ирина Тайманова. Мы с Алексеем Гориболем исполним концерт, в свое время написанный специально для нас и посвященный нам. Мы с нетерпением ждем этот день, чтобы вспомнить Владика, которого мы очень любили и о музыке которого снова хотим рассказать петербуржцам.

Фото: Евгений Евтюхов и архив Полины Осетинской

Беседовал: Сергей Князев
25.09.2017 | Количество просмотров: 693

Популярные статьи

Статьи рубрики

Виктор Гусев: я живу на улице Виктора Гусева…

Известный спортивный комментатор – о чердаке загородного дома как о месте силы, о дачных спортивных соревнованиях и знакомстве с Николаем Николаевичем Озеровым.

Леонид Гарбар: в СССР было много гениальной гастрономии

Ресторатор Леонид Гарбар, воссоздавший исторический «Палкинъ» и открывший ресторан советской кухни «Центральный», о русском дачном ренессансе, бандитах в общепите 90-х и шедеврах ленинградских шеф-поваров.

Вадим Корогодин: Лучшая реклама — построенные дома

Земля подорожала, и это заставляет будущих домовладельцев рационально подходить к стоимости строительства дома и выбору подрядчика. Красивый альбом проектов не убеждает: люди хотят посмотреть, сколько и как строит компания, рассказывает Вадим Корогодин, генеральный директор ПСК «ЛивинВуд».

Алексей Иванов: Мне интересно приключение мысли

В начале октября стартовали съемки сериала по роману Алексея Иванова «Ненастье». Автор романа «Географ глобус пропил», по которому был снят одно­именный фильм с Константином Хабенским в главной роли, в последнее время в кино нарасхват: помимо «Ненастья» к экранизации готовятся романы «Псоглавцы» и «Золото бунта». Алексей Иванов рассказал журналу «Загородное обозрение» о месте писателя в современной культурной жизни и своей работе для кино.